Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

Литература и русский язык->Биография
Новая китайская поэзия, рожденная литературной революцией и «движением 4мая» 1919г., совершила поистине чудесный скачок в иное качественное состояние,...полностью>>
Литература и русский язык->Контрольная работа
На сегодняшний день в мире существует более 130 миллионов компьютеров и более 80 % из них объединены в различные информационные сети от малых локальны...полностью>>
Литература и русский язык->Рассказ
Максим Горький вступил в литературу в период духовного кризиса, который поразил российское общество на рубеже веков. Мечты о гармонии между человеком ...полностью>>
Литература и русский язык->Реферат
Николай Гоголь родился 20 марта (1 апреля) 1809года в местечке Большие Сорочинцы на границе Полтавского и Миргородского уездов (Полтавская губерния). ...полностью>>

Главная > Дипломная работа >Литература и русский язык

Сохрани ссылку в одной из сетей:

“Ни в одной из Повестей Белкина нет идеи” - ни в одной, стало быть, нет вымысла, главного, как считал Булгарин, опознавательного свойства дарования прозаика. Не зря же слово “вымысел” он в первой своей рецензии подчеркнул особо.

* * *

Некогда С. Бочаров обратил внимание на то, что это булгаринское обвинение по сути близко мысли мало что понимающего в литературе простодушного ненарадовского помещика, который написал издателю повестей своего покойного приятеля Белкина, что их изъяны - “от недостатка воображения”[11]. А подобный недостаток приятель покойного сочинителя усмотрел в том, что в повестях Белкина “названия сел и деревень заимствованы из нашего околодка, отчего и моя деревня где-то упомянута”. Он даже призывает своего корреспондента-издателя не усматривать в этом “злого какого-либо намерения”. Вообще сочинительство, писательство для этого помещика - дело настолько неопределенное и даже чудаковатое, что понимаешь, в каком интеллектуальном одиночестве жил Белкин, если, судя по всему, не нашлось у него другого слушателя своих опусов, чем этот сосед - приятель его покойного отца. В письме издателю тот сокрушается о разительном несходстве отца и сына Белкиных. Петр Иванович - “по части хозяйства весьма смышленый”, а его сын, “вступив в управление имения”, убрав “исправного и расторопного старосту”, поручил управлять родовым селом Горюхиным “старой своей ключнице, приобретшей его доверенность искусством рассказывать истории”. Такое перераспределение ценностных представлений о человеке дивит хозяйственного ненарадовского соседа, а заодно объясняет и провалы его памяти: повести, которые читал ему Белкин, он слушал, скорее всего, вполуха. Иначе ему запомнилось бы не только, что его деревня упомянута в “Метели”, но что только в этой повести и называются знакомые ему села и деревни. В других повестях Белкина дело ограничивается либо Н** уездом, либо станцией *** в ***ской губернии, либо Москвой, либо Петербургом, либо “одной из отдаленных наших губерний”.

Как видим, у “Северной пчелы” были основания называть вступление “От издателя” анекдотом: белкинский сосед пишет о сочинительстве, как о занятии не слишком почтенном, тем не менее живущий анахоретом Белкин именно ему читает свои опусы и даже объясняет родословную их сюжетов. Причем анахоретом Белкин живет не в классическом значении этого слова: “пустынник, отшельник” (“к женскому же полу имел он великую склонность”, - свидетельствует его словоохотливый сосед), но в том, в каком у Пушкина жил в деревне Онегин, не сближавшийся с соседями. Недаром ближайшая родственница Белкина по матери и его наследница Марья Алексеевна Трафилина вообще его ни разу не видела. А ненарадовский сосед, встречавшийся с Иваном Петровичем почти каждый день, похоже, делал это из укоренившейся еще при жизни родителей Белкина традиции. И, несомненно, из природного собственного любопытства, которое подогревалось диковинными реформами, затеянными молодым соседом, каковые владелец Ненарадова не одобрял и с каковыми пытался безуспешно бороться. Но досада, что ничего у него из этого не получилось, была с лихвой перекрыта ощущением, что “Иван Петрович оказывал уважение к моим летам и сердечно был ко мне привержен”, “дорожа простою моею беседою...” и даже оставив соседу часть своих рукописей.

Вполне, конечно, возможно, что Белкин и сам не слишком серьезно относился к своему творчеству, если другая и большая часть рукописей оказалась после смерти автора у ключницы, которая употребила их “на разные домашние потребы”. Иными словами, искусница рассказывать барину истории так же невысоко оценивает его литературное наследие, как и ненарадовский помещик, к беседам с которым ее барин приникал. Можно не сомневаться, что прямой и честный, каким он предстает в “Письме к издателю”, сосед вряд ли поражал сочинителя компетентностью своего мнения. А раз это так, то Белкин читал собственные сочинения соседу не творческого тщеславия, а времяпровождения ради: нужно было как-то занять наезжавшего чуть ли не каждый день старинного приятеля семейства. А вот из бесед с ненарадовским помещиком литератор Белкин черпал, очевидно, сюжеты для новых сочинений, которые потом оказались у соседа. Скорее всего, и ключница использовала не по назначению рукописи, оставшиеся от покойного барина, даже не подозревая, что дала толчок к написанию некоторых из них своими историями. То есть наиболее обстоятельно нас познакомили с личностью тех рассказчиков, кто подпитывал прозу Белкина, но его произведения, написанные на основе их сюжетов, нам неведомы.

А о том, что покойник писал свои вещи на основе чужих сюжетов, свидетельствуют и его сосед, и его издатель. Сосед вспоминает, что сам Белкин говорил ему, что истории, положенные в основу повестей, которыми интересуется издатель, “слышаны им от разных особ”, а издатель подтверждает, что Белкин аккуратно приписал в конце каждой повести, от кого именно она услышана: “чин или звание и заглавные буквы имени и фамилии”. И перечисляет сказителей: титулярный советник А. Г. Н., подполковник И. Д. П., приказчик Б. В., девица К. И. Т.

По-разному относятся исследователи к этим персонажам. Одни их просто игнорируют, другие, напротив, именно их объявляют подлинными авторами повестей, а Белкина - их, как бы мы сейчас сказали, стенографом, или, если уж совсем по-современному, - модератором. Третьи пытаются вычислить индивидуальные оттенки стиля рассказчика данной повести Белкину, самого Белкина, Пушкина, который мог бы не ограничиться ролью издателя, но пройтись по повестям, так сказать, рукою мастера...

Основание для подобного вычисления, несомненно, есть.

К примеру:

“Он вошел... и остолбенел! Лиза... нет, Акулина, милая смуглая Акулина, не в сарафане, а в белом утреннем платьице, сидела перед окном и читала его письмо; она так была занята, что не слыхала, как он вошел. Алексей не мог удержаться от радостного восклицания. Лиза вздрогнула, подняла голову, закричала и хотела убежать. Он бросился ее удерживать. “Акулина, Акулина!..” Лиза старалась от него освободиться... “Mais laissez-moi done, monsieur, mais etes-vous fou?”[12], - повторяла она, отворачиваясь. “Акулина! друг мой, Акулина!” - повторял он, целуя ее руки”.

Я слегка оборвал концовку повествования потому, что несколько заключающих ее фраз о воспитательнице Лизы мисс Жаксон, которая, оказавшись “свидетельницей этой сцены, не знала, что подумать”, о Лизином отце, вошедшем в комнату в эту минуту и удовлетворенно заключившем: “да у вас, кажется, дело совсем уже слажено...”, никак не влияют на нервически-сентиментальную окраску завершения коллизии. Так что рассказчик в данном случае прав, заканчивая свое повествование уверенностью, что “читатели избавят меня от излишней обязанности описывать развязку”: действительно, что здесь растолковывать? все ясно и так!

Но нервически-сентиментальная концовка “Барышни-крестьянки” стоит того, чтобы ее зафиксировать особо. Потому что в “Повестях Белкина” у нее есть родственница: почти так же - нервически-сентиментально разрешается коллизия и “Метели”:

“Боже мой. Боже мой! - сказала Марья Гавриловна, схватив его руку, - так это были вы! И вы не узнаете меня?

Бурмин побледнел... и бросился к ее ногам...”

Нетрудно заметить, что концовки других повестей Белкина подобной тональностью не обладают, и легко понять, почему это так. Для “девицы К. И. Т. ”, как для персоны женского пола, нервически-сентиментальные пассажи естественней, чем для мужчин - остальных белкинских рассказчиков. В других повестях мы встретим иные концовки. А “Метель” и “Барышня-крестьянка” объединены между собой тем, что рассказаны Белкину одним и тем же лицом - “девицею К. И. Т. ”.

Но тогда удивительно ли, что мы обнаружили в “Метели” и “Барышне-крестьянке” озвученные детали голоса девицы К. И. Т. ? Нас ведь предупредили, что именно с ее слов эти повести и написаны! Однако очень похоже, что никому и никогда не удастся идентифицировать белкинский стиль, отличить его от пушкинского. По-прежнему остается абсолютно достоверным давнее утверждение С. Бочарова: ““Стиля Белкина” как такового в “Повестях Белкина” нет. Белкин не является стилистическим лицом, он присутствует в “Повестях Белкина” без своего слова и голоса, как чисто композиционное лицо”. И далее: “На повестях Белкина отражается только тень их покойного автора, но эта тень на них реально ложится”[13].

Понятно, что реально тень может лечь только от того, кто ее отбрасывает. В том, по-видимому, и состоит функциональная роль особ, завороживших Белкина своими рассказами, чтобы облечь в плоть “композиционное лицо”. Стилистическое их присутствие в повестях - уже некий сохранившийся знак взаправдашнего, всамделишного общения его с ними. А кроме этого, по всей видимости, они названы, чтобы подтвердить композиционную выстроенность повестей в той временной последовательности, с какой, по свидетельству ненарадовского помещика, двигался по жизни Белкин. Уехал в 17 лет служить “в пехотный егерский полк”, и открывающая его книгу повесть, которую он слышал от подполковника И. Д. П., называется “Выстрел” и посвящена, среди прочего, тому, что особенно занимало егерей, - меткости стрельбы. Ведь егеря - это пехотинцы-снайперы, их учили стрелять из любого положения. Как говаривал Суворов, в бою гренадеры и мушкетеры рвут неприятеля на штыках, а стреляют в него егеря. Естественно, что рассказы об особо одаренных, о мастерах стрельбы высочайшего класса будоражили воображение егерских солдат и офицеров.

Я знаю о том, какую из повестей Белкина Пушкин писал первой, а какую последней, но говорю сейчас о том, как он их расположил, выпуская в свет. Открывая повести Белкина “Выстрелом”, он как бы задавал вектор движению вымышленного им автора из армии в свое родовое село.

Я знаю о том, что сперва Пушкин, закончив первую часть “Выстрела”, написал: “Окончание потеряно”, но через день передумал и написал вторую часть повести, перенеся ее действие из местечка***, где стоял армейский полк, в бедную деревеньку Н** уезда, а героя повести заставил расстаться с армейской службой и заняться хозяйственными делами. Однако в окончательном варианте указал, что “Выстрел” рассказан Белкину подполковником И. Д. П. Весь “Выстрел”, а не первая его часть. Поэтому очень возможно, что и подполковнику пришлось, как Белкину, подать в отставку, поселиться в деревне и что это совпадение жизненных обстоятельств еще более сблизило автора повести с тем, кто рассказал ему ее сюжет. Тем более что речь в данном случае идет о сходстве не только жизненных обстоятельств, но и, так сказать, житейских принципов. “...Никогда не случалось видеть его навеселе (что в краю нашем за неслыханное чудо почесться может)...” - свидетельствует о соседе помещик из Ненарадова, а герой “Выстрела”, поселившись в деревне и заскучав, словно объяснил, каким образом возникло такое “неслыханное чудо”: “Принялся я было за неподслащенную наливку, но от нее болела у меня голова; да признаюсь, побоялся я сделаться пьяницею с горя, то есть самым горьким пьяницею, чему примеров множество видел я и в нашем уезде”. Впрочем, Белкин не обязан был буквально следовать за подполковником, мог насытить собственное повествование и своими биографическими подробностями, и если он это сделал, то свидетельствовал, в частности, что расстался с армейской службой.

Очень возможно, что он закрепил это свидетельство в следующей повести “Метель” тем, что его сосед счел “недостатком воображения” сочинителя: действие повести разворачивается на небольшом географическом пространстве, которое сосед опознает как “наш околодок”.

Мы ничего не знаем о подлинных отношениях Белкина с девицей К. И. Т., помним, однако, что ненарадовский помещик особо отметил “великую склонность” своего молодого соседа к женскому полу. Но показательно, что Белкин ставит услышанную от девицы К. И. Т. “Барышню-крестьянку” не сразу после рассказанной ею же “Метели”, а в конце своего цикла повестей. Не говорит ли это о том, что он услышал от девицы К. И. Т. новую повесть спустя время после старой и о том еще, что связь молодого барина с этой девицей была продолжительной?

Косвенно на продолжительную их связь указывает и третья повесть “Гробовщик”, рассказанная Белкину приказчиком Б. В. наверняка уже после выхода барина в отставку. Да и четвертая - предпоследняя - повесть “Станционный смотритель”, услышанная Белкиным от титулярного советника А. Г. Н., тоже, очевидно, потому и оказалась перед “Барышней-крестьянкой”, чтобы еще и засвидетельствовать: где бы они ни познакомились, девица К. И. Т. несомненно гостила в Горюхине, когда Белкин полновластно управлял своим имением.

* * *



Загрузить файл

Похожие страницы:

  1. Слово о полку Игореве . Основные образы. Идея патриотизма

    Реферат >> Литература и русский язык
    ... Н. Муравьев, а непревзойденным мастером — И. И. Дмитриев. ... героиня Пушкина, конечно, шире проблемы верности ... автобиографичен. Это признание взрослого человека в ... раз меняется рассказчик; нарушена ... крестьян у Гоголя находятся и добрые слова и теплая ...
  2. Шпаргалка по Русской литературе

    Шпаргалка >> Литература и русский язык
    ... воспоминания возникают в сознании рассказчика и создают иллюзию действия ... и серьезные рассуждения о проблемах медицины и здравоохранения, ... Петра, как Пушкин, Гоголь, Достоевский. ... как признанный мастер слова. В. Маяковский называл его "Лобачевским слова", а ...
  3. Уроки Мастера. Конспекты по театральной педагогике

    Книга >> Педагогика
    ... А. С. Пушкина. И было ... нра­вились постановки "Женитьбы" Гоголя и мольеровского " ... , замечатель­ный рассказчик, тонкий ценитель ... слова А. Д. Попова: "...Полезно искать какие-то технологические проблемы ... В. М. Шукшина, признанного мас­тера интриги, есть рассказы, ...
  4. Теория текста

    Реферат >> Иностранный язык
    ... , Пушкин, Дарвин, Кромвель, Ом, Гоголь и ... голоса и голоса рассказчика находим в произведениях ... поселиться, получить признание, распространиться»: « ... В. Распутина и других мастеров слова активно впитывают в себя народное ... решаемая проблема, – это проблема «автор ...
  5. Ответы на экзаменационные вопросы по литературе 11 класс 2006г.

    Шпаргалка >> Литература и русский язык
    ... стро­ки своими проблемами. «Слово» написано в ... повести автор меняет рассказчи­ков. В «Бэле» ... : Пушкин, Гоголь, Некрасов. В творчестве А. С. Пушкина звучат ... историю Мастера и Маргариты. Поведение Мастера и ... Шолохова получил международное признание, а автор ...

Хочу больше похожих работ...

Generated in 0.0012919902801514