Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

Языкознание, филология->Доклад
Четкого и общепризнанного определения «дискурса», охватывающего все случаи его употребления, не существует Это понятие модифицирует традиционные предс...полностью>>
Языкознание, филология->Статья
Неправильный анализ предложных оборотов до сих пор является, по нашему мнению, основным препятствием для анализа категории падежа В последних работах,...полностью>>
Языкознание, филология->Статья
В архивных монастырских фондах среди многочисленных рукописей социально-экономического характера, официальных указов государственных органов и церковн...полностью>>
Языкознание, филология->Реферат
Современный русский язык - это национальный язык русского народа, форма русской национальной культуры Он представляет собой исторически сложившуюся яз...полностью>>

Главная > Статья >Языкознание, филология

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Конкретные падежи занимают в системе падежей подчиненное положение. Скелет системы образуют грамматические падежи, представляющие синтаксические функции. Аккузатив, падеж прямого дополнения, противопоставлен двум другим грамматическим падежам, номинативу и приименному генитиву, следующим образом.

Так как пассивная конструкция основана в индоевропейских языках на активной, то есть так как лат. hostis profligatur «враг уничтожается» основано на hostem profligare «уничтожить врага», место номинатива (падеж подлежащего) в системе определяется его противопоставлением аккузативу (падеж прямого дополнения). Функция номинатива первична в hostis profligatur, вторична в таких словосочетаниях с непереходным глаголом, как Hostis incedit «Враг наступает» или в таких именных словосочетаниях, как Hostis atrox erat «Враг был жесток», и третична в словосочетаниях с переходным глаголом, как Hostis obsides necavit «Враг убил заложников».

Из сказанного не следует, будто инструменталь в свою очередь основан на номинативе, как это может показаться, например, при рассмотрении такого противопоставления. Трехчленная пассивная конструкция, включающая наряду с объектом действия (patiens) еще и действующее лицо (agens), отличается от соответствующей активной конструкции только в стилистическом отношении. Лишь двучленная пассивная конструкция имеет грамматическое значение1. Отношение инструменталя к номинативу ничем не отличается от отношения любого другого конкретного падежа к номинативу. В языках с эргативной конструкцией основное соотношение таково: эргатив (активный падеж) абсолютный падеж, что соответствует противопоставлению субъектно- объектная конструкция:субъектная конструкция, которое в свою очередь соответствует индоевропейской категории залога.

Поскольку, с другой стороны, субъектный генитив и объектный генитив основаны на номинативе и аккузативе, то есть группы secessio plebis «уход плебса» и ocissio hostis «убийство врага» происходят соответственно от plebs secedit «плебс уходит» и hostem occidere «убить врага», то можно считать: 1) что эта синтаксическая функция первична для генитива и 2) что генитив основан на номинативе и аккузативе, взятых вместе. Графически это выглядит так:

аккузатив → номинатив

генитив

__________

1Ср. Е. Курилович, Эргативность и стадиальность в языке, см. настоящий сборник, стр. 122.

Стрелки указывают направление от основных форм к производным.

Заметим, что субъектный и объектный генитивы служат основой для всех других приименных употреблений генитива, а именно, для партитивного и посессивного генитива (вторичные функции), которые являются конкретными употреблениями, образующими сравнительно поздний с исторической точки зрения слой (известно, например, что в индоевропейских языках притяжательность выражалась главным образом прилагательным). При этом очень важно, что во всех языках посессивный генитив продолжает основываться на субъектном и объектном генитиве вследствие мотивированного характера этого последнего, поскольку группа имя действия + объектный или субъектный генитив всегда происходит от группы личный глагол + подлежащее или прямое дополнение.

Заметим также, что различные приименные употребления генитива (партитивный, посессивный и т. д. генитивы), то есть употребления, вторичные по отношению к субъектно-объектному генитиву, служат способом косвенного определения существительного другим существительным. Прямое определение состоит в том, что определяющее существительное становится путем согласования приложения к определяемому. Это доказывается различием по смыслу между deus homo «бог-человек» и deus hominis «бог человека», различием между тождеством и отношением.

Тройка грамматических падежей и есть подлинная система индоевропейских падежей. Это основной скелет системы, к которому довольно слабо прикрепляются конкретные падежи; они входят в систему только благодаря вторичной функции в качестве комбинаторных вариантов аккузатива прямого дополнения. По своим же первичным функциям конкретные падежи принадлежат к семантической системе наречных производных (образованных от существительных). Речь идет о четырех падежных формах: инструменталь, датив, аблатив, локатив.

С точки зрения языковой системы конкретные занимают особое положение по отношению к наречиям и к грамматическим падежам. Возникает вопрос, можно ли выделять класс форм, промежуточных между частью речи и флективными формами другой части речи. В качестве довода в пользу этого выделения можно привести следующую параллель: так называемые служебные слова тоже занимают промежуточное положение между двумя классами морфем — автосемантических и синсемантических. В каждом конкретном употреблении выступает та или иная функция, никаких промежуточных положений никогда не бывает, например, Il a un fils «У него есть сын», Il a cede «Он уступил». Однако вся совокупность форм глагола зуо!г не может быть определена без учета обоих значений — автосемантического и синсемантическогр. Это заставляет нас отвести для глагола avour (вместе с глаголом etre и др.) особое место в категории глаголов. Единственно важная вещь — иерархия обеих функций. В связи с этим закономерен вопрос, почему такая падежная форма, как инструменталь или локатив, является существительным, а не наречием, хотя ее первичная функция— наречная. Ответ, следующий: все решается в зависимости от сферы употребления данной морфемы; если наречный суффикс обретает способность присоединяться ко всем существительным (с формальными вариантами или без них), он становится падежным окончанием; если суффикс со значением собирательности обретает способность присоединяться к любой именной основе, он становится окончанием множественного числа.

Что касается датива, то грамматическая традиция объединяет его с падежами, имеющими синтаксическую функцию (номинатив, аккузатив, генитив), поскольку он является падежом косвенного дополнения. Термин «косвенное дополнение» оправдан там, где группа г л а г о л + прямое дополнение управляет косвенным падежом. Обычно это бывает датив, обозначающий лицо, которому адресуется действие (donner a «давать кому- либо», dire a «говорить кому-либо» и т. д.). Хотя в этих конструкциях датив управляется глаголом, он менее нейтрален, то есть имеет более наречный характер, чем аккузатив, поскольку его употребление ограничено существительными, обозначающими лицо. Помимо употреблений в качестве косвенного дополнения или в качестве косвенного управляемого непереходными глаголами, например лат. auxilio «помогаю», servio «служу» (эти употребления являются вторичными функциями датива), датив выступает как конкретный падеж, основное значение которого соответствует значению предложной конструкции «для кого-либо, для чего-либо». Именно этим значением объясняется употребление застывшего датива имен действия в роли инфинитива.

В стороне остается вокатив. Он имеет апеллятивную функцию, отличную от чисто репрезентативной (символической) функции других падежей. Рассматривать вокатив в той же плоскости, что и другие падежные формы, - значит допускать методологический промах, аналогичный смешению экспрессивного употребления междометий с символической функцией других частей речи. Поэтому первая дихотомия, с которой мы начнем классификацию падежей, отделит вокатив от прочих падежей.

В индоевропейских языках, где, с одной стороны, грамматические падежи (номинатив, аккузатив, генитив) и конкретные падежи (инструменталь, датив, аблатив, локатив) образуются одинаково, то есть с помощью окончаний, и где, с другой стороны, конкретные падежи и предложные конструкции выполняют одни и те же наречные функции, различие между обеими группами падежей выражено не столь ярко, примером может служить классический арабский, где грамматические падежи являются «синтетическими» (номинатив - u, аккузатив - a, генитив - i), а конкретные — «аналитическими». Некоторые глаголы управляют предложными оборотами, в силу чего предложные обороты становятся настоящими конкретными падежами с первичной наречной и со вторичной синтаксической функцией (например, bada' a bi «начинать», 'amana bi «верить в», dafa'a'an «защищать» и т. д.).

Поскольку грамматические падежи образуют чисто синтаксическую совокупность, каждый конкретный падеж противопоставляется в силу своего наречного значения всей этой совокупности — точно так же, как производное слово противопоставлено совокупности всей парадигмы (= основе) производящего слова:

аккузатив → номинатив

генитив

инструменталь датив аблатив локатив

Все замечания сведены в таблице, помещенной в § 5,

§5

Теперь нам остается разобраться в различиях между концепциями вышеупомянутых исследователей и нашими положениями.

И Якобсон и де Гроот, первый на материале русского языка, второй — латинского, стараются подтвердить предлагаемый метод на соответствующих примерах. То же стремимся подтвердить и мы своей схемой индоевропейских падежей.

Якобсон (указ, соч., стр. 245) соглашается с Брендалем, который оспаривал синтаксическую природу падежных форм1. Мы же, напротив, полагаем, что шагом вперед в этом плане является метод де Гроота. Он пишет (указ. соч., стр, 122): «Мне кажется, что ситуация в действительности несколько более сложна [чем это полагают Ельмслев и Якобсон]. Падежи могут иметь как синтаксические, так и семантические функции... Поэтому всегда приходится иметь дело с двумя системами функций, более или менее самостоятельными».

Система индоевропейских падежей

I. План обращения („Appellfunktion" по по К. Бюлеру)

Вокатив

II.План представления (Darstellungsfunktion" по К. Бюлеру)

1 См. «Actes du III Congres International des Linguistes», стр. 146.

2 Синтаксические функции приложения, предикатива и именной части сказуемого выражаются не падежными окончаниями, и согласованием окончаний. Поэтому названные функции не представлены в таблице.

А) 1.Падеж подлежащего: номинал

2. Приглагольные падежи1:

а) грамматический падеж: аккузатив (первичная функция: прямое дополнение; вторичная функция: наречная)

б) * конкретные падежи:

инструменталь2

датив

аблатив

локатив

(первичная функция: наречная; вторичная функция: синтаксическая)

Б) Приименные падежи:

а) грамматический падеж: генитив (первичная функция: субъектный или объектный генитив; вторичная функция: партитивный, поссесивный и др. генитивы*)

б) конкретные падежи

__________

1У приглагольных падежей синтаксическая зависимость выражается либо непосредственно — формой окончания, которое является тогда простым синтаксическим показателем (грамматический падеж), либо косвенно — наречным значением, которое падежная форма приобретает благодаря окончанию (конкретные падежи).

2 Употребление конкретных приглагольных падежей в качестве приименных определений, более или менее распространенное в различных языках, основывается на следующем развитии: личный глагол + конкретный падеж → имя действия или отглагольное прилагательное + конкретный падеж → существительное или прилагательное + конкретный падеж.

3 Вторичная функция инструменталя — соперничество с номинативом за роль именного сказуемого (в славянских языках), благодаря чему инструменталь проникает в позицию предикатива (Якобсон, указ, соч., стр. 268).

4 Вторичная функция генитива — это наречное употребление в качестве прямого дополнения, причем генитив семантически противопоставлен аккузативу (примеры в русском — см. Якобсон, указ, соч., стр. 256 и сл.).

другое важное положение де Гроота, тесно связанное с предыдущим, — это различение центральных и периферийных позиций различных приглагольных падежей; «В предложении, содержащем существительные в различных падежах, управляемый аккузатив является первым по отношению к глаголу, управляемый датив — вторым, управляемый аблатив — третьим... (Ille mihi manu propria librum dedit «Он дал мне книгу собственной рукой») (указ, соч., стр. 123 и ел.). Далее (указ, соч., стр. 127) де Гроот признал преимущественно грамматический (синтаксический) характер генитива: «множество «значений* генитива объясняется отсутствием значения».

Наконец, де Гроот правильно подметил общую тенденцию развития (указ, соч., стр. 126): «Вообще говоря, эволюция элементов, подобных падежу, такова: сначала они имеют только семантическую функцию, потом — семантическую и синтаксическую функцию, наконец — исключительно синтаксическую функцию». В наших терминах это выглядит так: наречие (производное от существительного) или предложный оборот > конкретный падеж > грамматический падеж.

У Р. Якобсона (указ, соч., стр. 248) различие между сильноуправляемым и слабоуправляемым аккузативом (starkregierter und schwachregierter Akkusativus) не определено формальным образом, А ведь это различие между синтаксическим и в то же время центральным, с одной стороны, и семантическим и в то же время периферийным — с другой. Мы не можем также согласиться с Якобсоном, когда на стр. 249 он говорит об аккузативе и номинативе как о маркированном и немаркированном членах семантического противопоставления, в то время как там имеет место противопоставление синтаксического характера.

На стр. 252 Якобсон пишет: «Вопрос об основных значениях падежей принадлежит учению о слове, а вопрос о частных значениях падежей — учению о словосочетании; основное значение падежа независимо от его окружения, в то время как его отдельное (-ые) значение (-я) являе(ю)тся, так сказать, комбинаторными вариантами основного значения».

Однако есть семантический контекст и синтаксический контекст, между которыми существует значительное различие. Когда конкретный падеж, выступая в роли приглагольного определения, становится наречием, сказывается воздействие синтаксического контекста. Напротив, в таком выражении, как tete de fer (букв. «железная голова»), действует семантический контекст, поскольку перемена значения у (de) fer «железный» обусловлена не тем, что это сочетание употреблено в роли определяющего, а только специфическим значением tete «голова».

Ряд различий, установленных Р. Якобсоном (указ. соч., стр. 258, 264), относятся к области стиля и поэтому являются вторичными, подчиненными грамматическим фактам.

Самые слабые места различных трудов — неудачный анализ предложных оборотов, отсутствие отчетливого различения первичной и вторичной функции (в смысле, определенном в § 2), наконец, отсутствие формального обоснования предлагаемых схем.

Что же касается двух последних авторов (Р. Якобсон, указ, соч., стр. 233: де Гроот, указ, соч., стр. 127), то из предшествующего положения ясно, что точка зрения де Гроота гораздо ближе к нашей, чем Р. Якобсона. Де Гроот различает внутри группы «падежи с синтаксической функцией» две подгруппы: «падежи без семантической функции» (грамматические падежи) и «падежи с семантической функцией» (конкретные падежи). Синтаксическая функция конкретных падежей вытекает из их семантического (наречного) содержания, в то время как грамматические падежи с самого начала имеют первичную синтаксическую функцию. Функции обоих видов, семантические и синтаксические, присущи плану представления (символизации), который противопоставлен плану обращения (вокатив).

Кроме того, как кажется, формула «номинатив — не определяющее, аккузатив и генитив — определяющее) не отражает подлинных взаимоотношений между грамматическими падежами. Критерии противопоставления не следует выбирать произвольно; они должны быть формальны, то есть диктоваться самим языком. Язык же представляет, с одной стороны, альтернацию аккузатива (прямого дополнения) и номинатива в зависимости от залога (hostem profligare «уничтожать врага», hostis profligatur «враг уничтожается»), с другой стороны — альтернацию номинатива и аккузатива (прямого дополнения) с субъектным и объектным генитивом, в зависимости от отглагольного словообразования (plebs secedit «плебс уходит» : secessio plebis «уход плебса», hostem occisio «убить врага» : occisio hostis «убийство врага»). Относительные операции указывают нам направление зависимостей и одновременно — соответствующие дихотомии. Аккузатив и номинатив вместе служат основанием для генитива, причем сам номинатив основан на аккузативе.

Наконец, подразделение отношение без локализации : отношение места, которое де Гроот ввел для конкретных падежей, является нерелевантным, поскольку эти падежи, как мы видели, связаны с системой только своей вторичной (синтаксической) функцией. По своей первичной функции они принадлежат к семантической системе наречий.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.gumer.info/



Загрузить файл

Похожие страницы:

  1. Семантическая классификация качественных прилагательных в английском языке

    Реферат >> Иностранный язык
    ... по своему значению с родительным падежом имени существительного (затмение солнца ... 12, 77].), рода, числа, падежа, выражаемых в форме согласования, ... 68. Харитончик З.А. Имя прилагательное: проблемы классификации. – Теория грамматики: лексико-грамматические ...
  2. Понятие документ . Функции и классификация документов в зависимости от различных признаков

    Реферат >> Государство и право
    ... документа, т.е. материального носителя. Активно проблема классификации документов начинает разрабатываться лишь в конце ... последовательным подчинением слов в родительном и творительном падеже; преобладание простых распространенных предложений. Стандартизация ...
  3. Нитраты как социально-экологическая проблема Классификация услуг общественного питания

    Контрольная работа >> Кулинария
    ... сожалению, приходится констатировать, что проблемы нитратов в сельскохозяйственной продукции тесно ... го месяца затравки начался падеж животных. На вскрытии у ... , технологической и др.); системы классификации и кодирования технико-экономической информации, ...
  4. Классификация языка

    Реферат >> Литература и русский язык
    ... этих форм; наличие "неопределенного" падежа (casus indefinitus); противопоставление одушевленного ... , и не углублялись в сущность проблемы. Точно так же и мы ... , и поэтому принятая ныне классификация индоевропейских языков должна корректироваться при ...
  5. Классификация страхования. Его формы, отрасли, подотрасли

    Реферат >> Банковское дело
    ... бедствия, аварии, пожары землетрясения, падеж скота, ограбления и т. п., ... 10 - 17] 1. 3. Классификация страхования. Классификация в любой области знания или деятельности ... дорогостоящее лечение. Другой проблемой является возможность оппортунистического ...

Хочу больше похожих работ...

Generated in 0.0019490718841553