Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

История->Реферат
Российская республика — название российского государства, существовавшего на территории бывшей Российской империи фактически с Февральской до Октябрьс...полностью>>
История->Реферат
Сиби́рский рубль (казначейский знак Сибирского временного правительства, «сибирки») — денежная единица, выпускавшаяся последовательно Временным Сибирс...полностью>>
История->Реферат
Советская Россия — государство, которое образовалось 25 октября (7 ноября) 1917 и существовало до провозглашения СССР 30 декабря 1922 года. Кроме того...полностью>>
История->Реферат
Впервые советы, как органы государственного и местного управления, были сформированы в России либеральными революционными организациями (весь спектр п...полностью>>

Главная > Курсовая работа >История

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Качественное изменение научного уровня русской профессуры и ее представлений о своей общественной роли скажется на уровне развития всего общества, как через то посредничество студентов, о котором упомянул Ключевский, так и через общественную деятельность профессоров, например, чтение публичных лекций, популяризаторскую и просветительскую деятельность: выпуск научных и научно – популярных изданий, участие в русских энциклопедических журналах в качестве авторов или рецензентов. Наконец, важным фактором в повышении нравственного уровня общества было то моральное воздействие, та аура благородного служения не государству, а народу, которая окружала не одно поколение русских профессоров, особенно гуманитариев. Целую галерею их портретов создал уже упомянутый нами В.О.Ключевский, сам ставший их преемником и посвятивший жизнь продолжению их деятельности. В нарисованных им образах Т.Н.Грановского, Ф.И.Буслаева, С.М.Соловьева [23] будет выделена одна общая черта: сознание своей собственной ответственности перед наукой и Россией, которое сказывалось в каждом слове и каждом поступке. Отношение к себе как к публичной фигуре заставляло их предельно ужесточать требовательность к себе, будто они хотели таким образом быстрее продвинуть общество по пути усовершенствования. Ключевский отмечает у новых поколений русских профессоров стремление не только быть популяризатором, т.е. посредником между наукой и аудиторией, но и творцом науки, генератором идей, рождающихся непосредственно на глазах аудитории, что способно было серьезным образом отозваться на их собственных представлениях о жизненном долге [24]. Тот же прием вовлечения слушателей в творческий процесс отмечает Ключевский и у другого крупного русского ученого, профессора Московского университета С. М. Соловьева, также вышедшего из плеяды студентов 1830-х годов. Описывая процесс преподавания Соловьева, Ключевский отмечал: «Слушатель чувствовал ежеминутно, что поток изображаемой перед ним жизни катился по руслу исторической логики; ни одно явление не смущало его мысли неожиданностью или случайностью. В его глазах историческая жизнь не только двигалась, но и размышляла, сама оправдывала свое движение. Благодаря этому, курс Соловьева, излагая факты местной истории, оказывал на нас сильное методологическое влияние, будил и складывал историческое мышление: мы сознавали, что не только узнаем новое, но и понимаем узнаваемое, и вместе учились, как надо понимать то, что узнаем. Ученическая мысль наша не только пробуждалась, но и формировалась, не чувствуя на себе гнета учительского авторитета: думалось, как будто мы сами додумались до всего того, что нам осторожно подсказывалось» [25].

Т.е. моральные обязанности, которые брали на себя русские профессора, чтобы весомое слово научной истины подкреплялось нравственным авторитетом и все это содействовало бы выработке у студентов определенной общественной позиции, предполагало не только способ преподавания, но и образ жизни. Русские профессора считали себя заступниками студентов перед не всегда справедливой и чересчур сословной системой русского образования. Именно поэтому нередко они вместе со студентами выступали в поддержку демократических преобразований в просвещении. Были участниками общественных и политических акций. В истории русской высшей школы было много случаев, когда профессора становились объектом политических преследований, как, например, Т.Н.Грановский или П.Н. Милюков, из-за запрета царской власти вынужденный приостановить преподавательскую деятельность в России и перенести ее в Болгарию. В пореформенный период, когда правительство начало наступление на гражданские (и без того ничтожные свободы), пять профессоров петербургского университета подали в отставку в знак протеста против притеснений студентов, почти все станут активными публицистами (Стасюлевич станет основателем журнала «Вестник Европы», Пыпин – его заместителем и исключительно плодовитым сотрудником – почти все его научные труды (общий объем - около 2000) будут опубликованы в журнале, Кавелин и Спасович тоже станут регулярными рецензентами, обозревателями, авторами), как бы подтвердив слова Чернышевского: «Журнал стоит кафедры.» Еще печальней была судьба ученых гуманитариев в Советском Союзе: от высылки оппозиционеров на «профессорском пароходе» в 1922 г. до разгрома института красной профессоры и ИФЛИ в годы сталинских репрессий.

По масштабу своего влияния на умы молодого поколения вузовский преподаватель, способный сказать новое слово в науке и подкрепить его личным авторитетом, может стоять вровень с крупным общественным деятелем. Недаром молодой Чернышевский, планируя свою будущую деятельность по осуществлению демократических идеалов, признавался, что хотел бы стать либо журналистом, либо университетским профессором, уравнивая оба вида деятельности по силе общественного воздействия. О том, что служение науке не было для молодых русских ученых самоцелью, свидетельствуют многочисленные мемуары того периода. Среди множества драматичных и ярких эпизодов общественного образования есть один малоизвестный, но очень трогательный: умирающий от чахотки 27-летний А.В. Станкевич берет клятву с двух своих друзей - Грановского и Неверова, возвращающихся в Россию после научной стажировки в Германии, что они все свои силы отдадут просвещению России, ибо в нем залог освобождения русского народа [26]. О том, насколько эти задачи были неделимы в глазах русской интеллигенции, свидетельствует один знаковый эпизод из романа Н.Гарина-Михайловского «Гимназисты», где учитель истории - всеобщий любимец, изгнанный из гимназии за вольнодумство, прощаясь со своими повзрослевшими учениками, рисует перед ними перспективу жизни, призывая не к спокойствию и благополучию, а к жертве во имя высокой цели: «Нет решенных вопросов на земле, и вопрос образования - самый острый и больной у человечества. Необходимо и необходимо возвращаться к нему, как пахарю необходимо опять и опять возвращаться к своей ниве. И это не старый скучный вопрос - это вечно новый вопрос, потому что нет старых детей, и жизнь - это нива новых и новых посевов. Эта нива пахаря - это нива жизни. Эта нива и идущий по ней плуг - закон суровой необходимости, закон, который имеет достаточно силы, чтобы неутомимо и безжалостно волочить за собой тех, кто не может уразуметь новый и неизбежный смысл его. Чтобы чувствовать и понимать, чтобы охватить этот смысл, надо уметь смотреть вперед. Как для того, чтобы рассмотреть окружающую нас местность, надо взбираться на самую возвышенную тоску, а не лезть в ямы и болота, так и в образовании людей необходима эта возвышенная точка, эта его обсерватория, с которой он мог бы общим взглядом окидывать и свою и окружающих его деятельность. Чем выше эта его обсерватория, тем производительней его работа, тем меньше риску потеряться и застрять в дебрях жизни. Высотой этой обсерватории, полетом мысли нации делятся на культурные и некультурные, миссии их бывают исторические, хотя путем страдания, но они все-таки несут людям высшую форму человеческой жизни, - или же жизнь народов сводится к зачаточной и прозябательной» [27].

Другим важным фактором развития личности в университетской среде, помимо приобщения к знаниям и воздействия авторитетов выдающихся ученых, была сама обстановка свободы и студенческого братства, новая и притягательная для каждого из вступивших под университетские своды. Там, где студенческой жизни не касалась официальная регламентация, где молодежь оставалась предоставленной сама себе, там молодые люди чувствовали себя настоящими хозяевами не только собственной судьбы, но и вообще будущего, и тогда они устанавливали те порядки, которые наиболее отвечали их представлениям о правильном устройстве жизни [28].

Первая благодарность у всех мемуаристов обращается к студенческому братству, в котором происходило становление не одного поколения русской интеллигенции и традиции которого они старались сохранить на протяжении своей жизни, невзирая на изменившуюся среду и обстоятельства жизни. Когда-то Екатерина II мечтала сделать нормой обучение молодого поколения в закрытых учебных заведениях, чтобы изолировать их от влияния окружения и тем самым предохранить молодежь от пороков и недостатков старших поколений. Но университетское общество и без насильственной изоляции становилось своеобразным чистилищем, где происходило усовершенствование личности, мотивами которого было желание заслужить уважение товарищей, пример тех преподавателей, которых воспринимали как кумиров, постоянная душевная работа под воздействием потока знаний. Вероятно, многие воспоминания о студенческой поре, будь они написаны в 19 или 20 веке, будут иметь общие черты, потому что таков общий закон социализации личности в особых условиях особой среды, прошедшей специальный отбор и обладающей сходными характеристиками, в основе которых лежат стремление к знанием и готовность к труду ради их получения, готовность к жертве, самоограничению и дисциплине. Микросреда, благодаря концентрации индивидуумов с близкими личностными характеристиками и сходной мотивацией деятельности, обладает способностью многократно усиливать свое воздействие, в результате чего возможным становится качественное изменение социальных характеристик личности.

К.С. Аксаков, вспоминая об атмосфере студенческой жизни, писал: «Спасительны эти товарищеские отношения, в которых только слышна молодость человека, и этот человек здесь не аристократ и не плебей, не богатый и не бедный, а просто человек. Такое чувство равенства в силу человеческого имени, давалось университетом и званием студента» [29]. О том, насколько подобные настроения были присущи студенчеству, о своеобразной республике вспоминал также И. А. Гончаров: «И точно это была республика: над нами не было никакого авторитета, кроме авторитета науки и ее последователей. Начальства как будто никакого не было, но он, конечно, было, только мы о нем имели какое-то отвлеченное, умозрительное представление. Был ректор, был попечитель, может быть даже и инспектор, но мы его никогда не видели» [30]. Кроме прививки человеческого равенства, получаемой молодежью в университетских стенах, их общение опиралось на всеобщий и серьезный интерес к философским и социальным проблемам человеческой жизни: «Общественно-студенческая жизнь и общая беседа, возобновлявшаяся каждый день, много двигали вперед здоровую молодость и хотя, собственно товарищи мои ничем не сделались замечательны, кто знает даже, к какому опошляющему состоянию нравственному могли довести обстоятельства потерянных мною из виду, - но живое это время, думаю, залегло в их душу освежительным, поддерживающим основание, воспитанием. Вообще не худо, чтобы молодые люди, проходя свое воспитание, пожили вместе, как живут студенты; но это свободное общежитие только тогда получает свою цену, когда истина постоянно светит молодому уму и только, чтобы он обратил на нее свои взоры. Значение университетского воспитания может быть огромно в жизни целой страны…» [31].

В университетских стенах закладывалась не только программа будущей профессиональной жизни студента, но и его дружеские связи, зарождалось его мировоззрение, формировались основы нравственной позиции. Тепло и взволнованно вспоминают об этом времени духовной свободы и одновременно напряженной духовной работы И.А. Гончаров: «Дух юношества поднимался, он расцветал под лучами свободы, падшими после школьной и домашней неволи. Он (Студент- Г.Щ.) совершал первый сознательный акт своей воли, приходил в университет сам: его не отдают родители, как в школу. Нет школьной методы преподавания, не задают уроков, никто не контролирует употребления им его часов, дней, вечеров и ночей. Далее следуют шаги все серьезнее и сознательнее, достигается «степень зрелости» без всякого на нее гимназического диплома. Свободный выбор науки, требующий сознательного взгляда на свое влечение к той или другой отрасли знания, и зарождающееся из этого определение своего будущего призвания – все это захватывало не только ум, но и всю молодую душу. Университет отворял широкие ворота не в одну только научную сферу, но и в саму жизнь. С учебной почвы он ступает на ученую. Умственный горизонт его раздвигается, перед ним открываются перспективы и параллели наук и вся бесконечная даль знания, а с нею и настоящая, законная свобода – свобода науки» [32]. Особенно бурно кипела умственная жизнь студентов в кружках, где собирались люди с общими интересами и склонностями, симпатизирующие и доверяющие друг другу. Вообще правительство и университетское начальство недолюбливало любые формы общественных организаций, которые рождались по инициативе самих студентов, без организационных усилий сверху, а в 1830-е годы, вскоре после восстания декабристов, недоверие перерастало в серьезное опасение, и со студентов брали подписку, что они не состоят в тайном обществе. Поэтому любое участие студентов в кружках не поощрялось, а от студентов, замеченных в тяге к тайным сборищам, избавлялись при первой же возможности. Об этом говорит ряд дел в Московском университете, о которых известно из воспоминаний Герцена, друзей Белинского и других студентов той поры [33]. Действительно, кружки, даже не политические, были далеко не так безобидны с точки зрения охранительной стратегии. Молодежь, устанавливая в своей маленькой республике иной порядок жизни, свои правила поведения, впоследствии не желала покорно и без возражений вписаться в существующее общественное устройство, стремясь его приспособить к удобному для себя организации, а следовательно, несла в жизнь дух бунтарства и нонконформизма. Формы дружеского общения в студенческих кружках Станкевича и Герцена, разных по идеологии, готовили молодых людей к столкновению с жизнью. В лабораторной среде юношеских кружков 1830-х годов выковывались характеры людей, способных на все смотреть критически, обо всем говорить прямо, как они привыкли говорить о себе самих. «Дружба 1830-х годов, - пишет исследователь творчества Герцена Л.Я. Гинзбург, - трудная, требовательная, в откровенности не знающая границ. Она изощряла навыки психологического анализа. Это было своего рода взаимное отражение, отвечавшее потребности разросшейся личности в непрестанном самоосознании, самораскрытии» [34]. К тому же члены кружков не только увлекались психологическим анализом, но искали мотивы поступков и в социальном окружении. Недаром эти искания развиваются как бы параллельно с зарождением в русском искусстве реализма, предполагавшего как глубину психологического анализа, так и применение принципа социального детерминизма для объяснения мотивов человеческих поступков. Другим следствием этого интереса станет усиление социальной проблематики в литературе, искусстве и, разумеется, в журналистике. Таким образом, студенческие кружки были одним из способов развития, духовного самообразования молодежи того времени. К тому же сформировавшаяся привычка к общению и обсуждению насущных проблем внутренней жизни приведет позднее большую часть из них в журналистику в качестве авторов критических и научно-популярных статей, полемистов и рецензентов.



Загрузить файл

Похожие страницы:

  1. Социально-экономическое Развитие России Во Второй Половине ХVII века

    Реферат >> История
    ... Социально-экономическое Развитие России Во Второй Половине ХVII Века. Екатерина II и "просвещенный абсолютизм". Крестьянская война под предводительством Е.И.Пугачева. 1.Социально-экономическое Развитие России Во Второй Половине ... появился “третий элемент”, ...
  2. Россия во второй половине XVIII века

    Реферат >> История
    ... экономической развитие России во второй половине XVIII В. Во второй половине XVIII в. Россия оставалась одним из самых крупных ... купцы трех гильдий; третий разряд составляли ремесленники, ... древнейших времен до второй половины XIX века. Курс лекций/Под. ред. ...
  3. Социально-экономическое развитие и внутренняя политика России во второй половине XIX века

    Реферат >> История
    Социально-экономическое развитие и внутренняя политика России во второй половине XIX века. План Отмена крепостного права и ее ... , вносившие треть городских налогов, во второе- более мелкие, уплачивавшие другую треть налогов, в третью-все остальные ...
  4. Социально-экономическое развитие России в первой половине 19 века

    Реферат >> История
    ... отечества» На тему: «Социально-экономическое развитие России в первой половине XIX века» Выполнил: Студент гр. ... конце XVIII века примерно 41% работников, во второй четверти XIX века стали уже ... склонить Николая к переговорам, третьи не надеялись на успех и ...
  5. Влияние внешней миграции на социально-экономическое развитие Челябинской области

    Дипломная работа >> География
    ... на социально-экономическое развитие территории. Во второй главе определяется взаимодействие внешней миграции населения и социально-экономического развития территории ... его сокращению в менее развитых регионах. Так, в начале XXI века, на 45% прирост ...

Хочу больше похожих работ...

Generated in 0.0019469261169434