Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

Государство и право->Реферат
Женская преступность в России как серьезная государственная проблема стала формироваться в последние десятилетия в связи с интенсивным ростом этого ви...полностью>>
Государство и право->Задача
Термином «лицо» (persona) принято именовать субъекта права. Для того чтобы быть субъектом права, нужно обладать способностью иметь права и обязанности...полностью>>
Государство и право->Контрольная работа
Суспільно – економічна формація – це, згідно марксистко-ленінській історичній теорії, тип суспільства, яке знаходиться на визначеному етапі історичног...полностью>>
Государство и право->Курсовая работа
Загальнообов'язкове державне пенсійне страхування – це система прав, обов'язків і гарантій, яка передбачає надання соціального захисту, що включає мат...полностью>>

Главная > Реферат >Государство и право

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Молодежные субкультуры в современной России

Исследования молодежных субкультур. Изучение молодежных субкультур издавна составляет важное направление социологии молодежи. С 60-х годов ХХ века к этой проблематике обратились ведущие социологи разных стран мира, в отечественной же социологии анализ молодежных субкультурных феноменов до конца 1980-х годов велся в очень узких рамках и не был сколько-нибудь значимой областью молодежных исследований. Частью это происходило из-за того, что такие феномены в силу утвердившихся научных парадигм воспринимались как социальная патология, а подобного рода тематика в основном носила закрытый характер и ее разработка не могла вестись по свободному выбору того или иного исследователя или исследовательского коллектива. Частью важно и то, что субкультуры, свойственные Западу, были мало представлены (по крайней мере на поверхности) в формах социальной и культурной активности молодого поколения.

С конца 1980-х годов внимание исследователей к молодежным субкультурам России стало более заметным — как у нас[1], так и за рубежом[2]. В 2000-е годы исследовательская активность в этом направлении усилилась. Некоторые авторы стремятся прояснить субкультурные характеристики молодежи в рамках отдельных территорий (например, к такому пути по мотивам вполне практическим склонны исследователи НИЦ «Регион» Ульяновского госуниверситета, руководимого проф. Е. Л. Омельченко[3]; внимание к субкультурам молодежи на региональном уровне проявляют исследователи Санкт-Петербурга[4]). Другие идут по пути описания большого и разнородного материала, который сгруппирован на основе определенной теоретической ориентации[5].

Разделы по молодежной субкультуре выделяются в изданиях учебного характера. Специально этому вопросу посвящено объемное учебное пособие С. И. Левиковой[6], опубликовавшей в последние годы немало работ по данной проблематике. В учебнике под редакцией В. Т. Лисовского параграф «Молодежная субкультура в современной России» написан З. В. Сикевич. Обращает на себя внимание то, что здесь под молодежной субкультурой понимается «культура определенного молодого поколения, обладающего общностью стиля жизни, поведения, групповых норм, ценностей и стереотипов»[7]. Автор настаивает на том, что молодежная субкультура — характеристика именно целого поколения, что «существует некое субкультурное «ядро», которое присуще в той или иной мере всему молодому поколению»[8]. Надо думать, эта точка зрения имеет немало сторонников, о чем свидетельствует, например, воспроизведение цитированных положений З. В. Сикевич в учебном пособии Ю. Г. Волкова, В. И. Добренькова и др. «Социология молодежи»[9].

С нашей точки зрения, трактовать субкультурные феномены как присущие (хотя бы в смысле их «ядра») всем молодым россиянам — значит стать на путь абстрактных схем. В действительности более плодотворна и реалистична позиция М. Фуко, который настаивал: во имя методологической строгости мы должны уяснить, что можем иметь дело только с общностью рассеянных событий[10]. В применении к конкретным обстоятельствам современной России это тем вернее, что привычный для общества западного типа образ молодежной субкультуры здесь довольно слабо представлен — по большей части именно как рассеянные события, общность которых устанавливается исследовательским конструированием реальности. Если исходить из ожидания, что в России молодежные группы формируются как стремление к смене установок (своих и общества) и в поведении отражают эту тягу к общественному обновлению на основе философского осмысления социальных ценностей и особого образа жизни, то материалы исследований последних лет покажутся обескураживающими: субкультурные феномены в западном смысле едва заметны. Их известность в обществе во многом результат «эффекта CNN»: представления как особо значимых событий и явлений в средствах массовой информации.

Молодежные субкультуры: российская специфика. Что же предопределяет российскую специфику субкультурных образований в молодежной среде, а точнее — их слабую развитость в традиционном для Запада понимании? Три фактора, как нам представляется, здесь играют основную роль.

Первый — социальная и экономическая неустойчивость российского общества на протяжении последних полутора десятилетий и обнищание основной части населения. В 2000 г., согласно данным Госкомстата России молодежь (16–30 лет) составляла в численности населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума 21,2%, а в своей возрастной группе доля бедных была 27,9%[11]. Среди безработных молодежь в возрасте до 29 лет тогда же составила 37,7%[12]. Хотя в последующие два года отмечался некоторый экономический подъем, принципиально картина не изменилась. Для значительной части молодежи проблема физического выживания отодвигает на задний план потребности, реализуемые в формах молодежных субкультур.

Второй фактор — особенности социальной мобильности в российском обществе. Каналы восходящей социальной мобильности в 1990-е годы претерпели коренные изменения, и молодежь получила возможность достигать престижное социальное положение в очень короткие сроки. Первоначально (в начале десятилетия) это привело к оттоку молодежи из системы образования, особенно высшего и послевузовского: для быстрого успеха (понимаемого как обогащение и достигаемого в основном в сфере торговли и услуг) высокий уровень образования был скорее помехой, чем помощью. Но позже вновь усилилась тяга к получению образования как гаранта личного жизненного успеха. Кроме того, действует фактор укрывания юношей от службы в армии.

Возможность быстро достичь успеха, стать богатым, в действительности слишком часто основанная на криминале, является, тем не менее, основой для социальных установок и ожиданий значительной части российской молодежи. Этим во многом вытесняется идентификация с субкультурными ценностями в западном смысле, поскольку такая идентификация в российских социокультурных условиях противоречит реализации установок на материальное благополучие.

Третий фактор — аномия в российском обществе в Дюркгеймовом смысле, т. е. утеря тех нормативно-ценностных оснований, которые необходимы для поддержания социальной солидарности и обеспечения приемлемой социальной идентичности. В молодежной среде аномия ведет к парадоксальному сочетанию актуальных оценок и глубинных ценностных предпочтений.

В плане актуальных оценок особенно значимо отношение молодежи к органам государственной власти, к высшим должностным лицам. В середине 1990-х годов негативные оценки повсеместно преобладали, но и исследования последнего времени фиксируют относительно низкие показатели доверия молодежи к государственным структурам. Позитивный сдвиг наметился с начала 2000-х годов в отношении к Президенту России (по мониторингу ВЦИОМ, в ноябре 2001 г. В. В. Путин вызывал доверие у 39,1% респондентов в возрасте до 29 лет[13]). Но та или иная оценка Президента не ведет автоматически к повышению доверия к власти в целом или ее отдельным институтам. Важным итогом недоверия к власти является распространение уверенности молодых россиян в том, что можно полагаться только на собственные силы.

На фоне социальной аномии широчайшее распространение приобретает преступность среди российской молодежи. С 1990 по 2000 г. состав лиц, совершивших преступления, численно увеличился почти в два раза (с 897,3 тыс. до 1741,4 тыс. человек), а в возрастной группе 18–24-летних в 2,5 раз (с 189,5 тыс. до 465,4 тыс. человек). В 2000 г. к лицам, совершившим преступления, были отнесены 932,8 тыс. молодых россиян (14–29 лет), т. е. более половины (53,6%) всех преступников[14]. Что это означает для современного состояния молодежной среды в России? Расчет на базе официальной государственной статистики показывает, что число молодых россиян, хотя бы раз совершивших преступление (по установленным фактам), в данное время составляет примерно 6 млн. человек, или одну пятую часть молодежи в возрасте 14–30 лет.

Эти драматические обстоятельства имеют непосредственное отношение к специфике молодежных субкультур в России. Если попытаться выявить черты, свойственные различным субкультурным образованиям в молодежной среде, то (1) связь с субкультурами криминала окажется одной из наиболее часто представленных — наряду с (2) влиянием западной молодежной моды, (3) феноменом романтической компенсации повседневной рутины, а также (4) воспроизводством некоторых черт советского прошлого. Эти четыре характеристики могут выступать как основа типологизации молодежных субкультур в России, и в отборе субкультурных феноменов для описания и анализа мы в основном ориентировались на них.

Криминализация молодежных субкультур. Истоки этого процесса носят общесоциальный характер. Большое число молодых людей осуждены за преступления и отбывают наказание в местах лишения свободы. Общее число осужденных в возрасте до 30 лет в период между 1990 и 2000 г. составило 5576,3 тыс. человек[15]. При суммировании мы не учитывали рецидивы, но все же ясны масштабы явления. Часть вернувшихся из мест заключения активно участвуют в формировании молодежных групп криминального характера. В середине 1990-х годов в России по официальным данным насчитывалось более 5 тыс. таких групп[16]. Такого рода группировки, а в еще большей мере носители тюремного опыта — важные каналы проникновения делинквентных субкультур в молодежную среду, но все же проблема этим не исчерпывается. Масштабы организованной преступности в России таковы, что значительная часть молодежи оказывается прямо или косвенно связанной с криминальными структурами, имеет контакты с ними в сферах бизнеса, политики, развлечений и т. д. Организованная преступность фактически составляет параллельную реальность, и принятые в ее среде социокультурные ориентиры приобретают ценностное значение в молодежной среде.

Из этих ориентиров особое значение имеет культ физической силы, ориентация на здоровый образ жизни как одну из высших жизненных ценностей. В наших исследованиях зафиксированы случаи, когда молодые люди добровольно лечатся от наркомании, мотивированные тем, что это обязательное условие их возвращения в преступную группировку.

Криминализированы многие молодежные сообщества, сформировавшиеся вокруг спортивных комплексов и тренажерных залов, любительских объединений каратэ, кикбоксинга, других видов единоборства, которые в определенных случаях используются криминалом как боевые отряды при «разборках», резерв охраны и телохранителей. В своем большинстве такие объединения имеют легальный фасад спортивной организации, связь с криминалом может быть не известна многим участникам. Субкультурными признаками такого рода групп становятся конкуренция накаченных мышц (искаженная форма бодибилдинга), тренировочный костюм как наиболее приемлемая в любых ситуациях одежда, довольно часто — золотые перстни и другие знаки принадлежности к иерархии преступного мира.

Нередко солидарность криминальной молодежной группы укрепляется совместными действиями по «оздоровлению» общества.

В 1980-е годы в этом плане опасения вызывали различные локальные группировки, название одной из которых было в общественном сознании стало знаком всего этого явления. Речь идет о люберах. Люберы — одна из молодежных групп криминального характера, получившая широкую известность (в основном через публикации в СМИ) как своего рода модель агрессивного поведения молодежи в условиях социальной аномии. В городе Люберцы близ Москвы эта группа сформировалась как спонтанное объединение молодежи младших возрастных групп, отсюда и название. Особенностью социальной практики, выражавшейся люберами, является то, что в ней произошло соединение своеобразно понятой установки на здоровый образ жизни и агрессивного ответа на жизненную неустроенность и повсеместное нарушение социальной нормы в период «перестройки». Последнее обстоятельство реализовалось у люберов в т. н. практике «ремонта» — совместных действиях по «оздоровлению» общества, а на деле целенаправленном преследовании тех, кто, по мнению любералов, портит общество (группа подростков вылавливает и избивает бомжей, проституток, алкоголиков и т. д. в качестве «меры перевоспитания»). «Успешные» рейды укрепляли солидарность криминальной молодежной группы на ценностях насилия. В самом внешнем виде люберов, их одежде (например, многие носили штаны с вшитыми железными чашечками) выражалась готовность к немедленному физическому столкновению. Группы люберов появлялись в Москве, других городах, искали «врагов», устраивали побоища. Для их усмирения часто использовались специальные контингенты милиции.

Хотя крупных скандалов вокруг люберов, вроде их целенаправленного выезда в 1987 г. в Ленинград для очистки города от металлистов, панков, хиппи, уже с середины 1990-х годов не отмечалось, ряд молодежных групп сохраняет соответствующую идентичность, и слово «люберы» осталось общеизвестным обозначением агрессивных молодежных банд, вошло в песни (например, песня российского рок-музыканта Ю. Шевчука «Мама, я любера люблю», песня группы «Гражданская оборона» «Эй, брат любер» и др.). Первые спонтанные практики «ремонта» позже преимущественно стали характеризовать некоторые экстремистские праворадикальные группы с более высоким уровнем организации и субкультурной определенности (скинхеды, баркашевцы). «Ремонт» проявляется и сегодня. Особенно большую тревогу общества вызвали в начале 2000-х годов погромы в Москве торговцев с Кавказа, где практика «ремонта» явно носила организованный характер и где ударной силой стали подростки (возможно, футбольные фанаты, но источник событий находится в правоэкстремистской части политического спектра и в уголовном мире). Середина 2000-х годов стала временем расовых преступлений, совершаемых некоторыми молодежными группами и отдельными лицами совершенно сознательно.



Загрузить файл

Похожие страницы:

  1. Социологические исследования молодежных субкультур в современной России

    Контрольная работа >> Социология
    ... исследования молодежных субкультур в современной России 2011 Оглавление Введение Раздел 1. Понятие и классификация субкультур Раздел 2. Музыкальные субкультуры Раздел ...
  2. Молодежная субкультура в условиях постсоветского общества

    Курсовая работа >> Социология
    ... /Социологические исследования. 1991. № 1. 1 Луков Вал. А./ Молодежные субкультуры в современной России [электронный источник]: http://www.zpu ...
  3. Молодежные субкультуры России: скинхеды

    Реферат >> Социология
    ... . В учебнике под редакцией В.Т. Лисовского параграф «Молодежная субкультура в современной России» написан З.В. Сикевич. Обращает на себя ... современной России это тем вернее, что привычный для общества западного типа образ молодежной субкультуры ...
  4. Молодежные субкультуры на примере Российских скинхедов

    Реферат >> Социология
    ... . В учебнике под редакцией В.Т. Лисовского параграф «Молодежная субкультура в современной России» написан З.В. Сикевич. Обращает на себя ... современной России это тем вернее, что привычный для общества западного типа образ молодежной субкультуры ...
  5. Субкультуры современной России (1)

    Реферат >> Социология
    ... разных сект, асоциальных группировок. Субкультуры современной России Молодежные субкультуры в современной России охватывают в основном школьников ... точнее всего описывает поведение образовавшейся молодежной субкультуры в России и сформировавшийся у тинов ...

Хочу больше похожих работ...

Generated in 0.0028750896453857